Чернобыль. Хроника трудных недель (1986)

О передаче:Есть катастрофа и есть последствия этой катастрофы. Много фильмов созданы уже через годы после взрыва четвертого блока Чернобыльской АЭС. Но лишь немного людей были свидетелями самой трагедии. Лишь две киногруппы прорвались через чиновнические препятствования, одной из них была команда режиссера "Укркинохроники" Владимира Шевченко. 14 мая 1986 года они выехали на съемки на станцию и следующие сто дней провели рядом с пожарниками, энергетиками, военными, дозиметристами и атомщиками, которые ликвидировали последствия взрыва на ЧАЭС. Все они понимали опасность, которой подвергались. Кто-то выполнял приказ, кто-то не имел выбора, но среди кинематографистов были только те, кто приехал сюда по собственной воле. Более того, Шевченко вел настоящую осаду многочисленных, но необходимых инстанций, чтобы попасть в эпицентр катастрофы. Уже в больничной палате, получив большую дозу радиации, режиссёр записал в дневнике: "Если кто-то скажет мне, что если бы не лез, был бы с легким, немедленно отвечу: лучше без легкого, чем, как некоторые, без чести".

Съемки велись непрерывно в самих опасных зонах, где под ногами ещё дымили обломки графита... Двадцать тысяч метров пленки. Снятые из вертолета кадры над разрушенным реактором были сожжены радиацией и пленку забраковали. Но режиссёр поставил кадры с засветкой в монтаж и на экране они появляются под частые удары счетчика Гейгера.

Все, что имело отношение к Чернобылю, тщательным образом фильтровалось властью: все печатные, аудио-, фото- и видеоматериалы должны были проходить специально созданную Межведомственную группу экспертов, в которую входили представители тридцати трёх министерств и ведомств. После этого своё разрешение должны были дать ЦК, Политбюро, Главлит и Госкино. Конечно, госструктуры рассчитывали на то, что советские творцы будут прославлять героический труд ликвидаторов и своё руководство, которое их направляет на путь подвига. Режиссёр отстаивал право на честный взгляд, потому что по отношению к людям, которые работали и умирали там, на ЧАЭС, другая позиция была бы преступлением. В результате длительной борьбы, фильм таки вышел на экран, порезанный, но не фальшивый. И последний.

Творец кинопрецедента, закупленного впоследствии 132 странами мира, который получил призы девяти международных кинофестивалей и вошел в историю украинской и мировой кинопублицистики ХХ века, умер от лучевой болезни буквально через месяц после премьеры.